С Императором ежедневно

Ноябрь 22, 2012 - 1:10 дп Комментариев нет

С Императором ежедневно, в разное время суток, сообщил ему о сделанном предложении; со слезами на глазах показал письмо Платона. Император давно уже думал, что пора помиловать не одних только Зубовых, а и других лиц, высланных из столицы за неисполнение службы и за иные провинности. Слёзы Кутайсова и слова Палена о «желанном великодушии» привели к прощению не только братьев Зубовых.

Никакого «указа» о помиловании Зубовых, о чем нередко пишут, не существовало в природе. Самодержец мыслил шире. 1 ноября 1800 года появилось два именных указа. Первый — «О дозволении всем выбывшим из воинской службы в отставку или исключенным, вступать вновь в оную». Второй — «О распространении силы указа о выбывших из воинской службы и на статских чиновников». В них говорилось о том, что Император «являя милосердие » дозволяет всем выбывшим и высланным вернуться в столицу «для личного представления Нам ». Фактически 1 ноября 1800 года была объявлена всеобщая амнистия для всех служилых лиц, не распространявшаяся только на осуждённых военным судом.

В категорию прощённых попадали и Зубовы, но они прибыли в Петербург ещё более озлоблёнными, чем раньше. Они горели желанием «отомстить» Монарху и тут же оказались в эпицентре готовящегося заговора. Как написал в этой связи генерал А.Ф. Ланжерон (1763—1831), знавший Зубовных лично, они, кроме Валериана, были, собственно, и не нужны для конкретного «дела». По его словам, «Николай был бык, который мог быть отважным в пьяном виде, но не иначе, а Платон Зубов был самым трусливым и низким из людей». Если в качестве исполнителей самого акта Зубовы и не подходили, то их связи, их положение в обществе были чрезвычайно важными: они принимали участие в формировании «мнения света», а это дорогого стоит.

Уместно заметить, что жениться на Кутайсовой Платон Зубов совсем не собирался и, как только оказался в столице, сразу же забыл о своем брачном предложении. Он женился только в пятьдесят четыре года, в 1821 году, за год до смерти, на безвестной польской дворянке Фёкле Игнатьевне Валентинович (1802—1873). Остаток жизни Платона Зубова — какой-то непередаваемый ужас. Зубов последние месяцы перед смертью сошел с ума, в своём великолепном замке Рунсдаль в Курляндии ползал на четвереньках и выл по-собачьи.

Написать Ответ

Вы должны авторизоваться чтобы оставить комментарий.