В высшем свете

Ноябрь 22, 2012 - 12:56 дп Комментарии к записи В высшем свете отключены

В высшем свете было полно англоманов, да и просто англичан, занимавших видные должности. Один из них — придворный врач джон-Самуэль Роджерсон (по-русски Иван Самойлович, 1741—1823), служивший со времён Екатерины. Хотя «Иван Роджерсон» являлся урождённым шотландцем, но преданность его Британии носила фанатический характер. Он был придворным лекарем, прекрасно был осведомлен об истинном положении дел, но в своих частных письмах не раз говорил о «ненормальности» Императора.

Письма эти он отправлял своему «доброму другу», русскому послу в Лондоне с 1785 года, влиятельному графу Семёну Романовичу Воронцову (1744—1832). Клан Воронцовых слыл при Павле «оппозиционным», и эти «важные сведения» врача приходились весьма кстати. Идея о свержении Императора получала теперь как бы и важную «медицинскую» санкцию. Правда, никому не приходило в голову вести разговоры о «свержении» Английского Короля Георга III, который находился на Престоле Британии шестьдесят лет (1760—1820) и последние двадцать — явно не в своём уме. Причём признаки идиотии у Георга были, так сказать, на лице, и придворные и родственники боялись даже выводить его на публику…

Уже первые отечественные биографы Павла I, в соответствии с расхожей точкой зрения, интерпретировали индийскую экспедицию как «авантюру», как появление «нервной импульсии» Самодержца всея Руси. Это была не историческая, а сугубо идеологическая точка зрения, которая наглядно представлена у такого автора, как Н.К Шильдер. О последующих историках можно и не говорить; «матрица» сюжета была задана сочинением именно этого автора.

Для Шильдера это — «нелепая » экспедиция, плохо подготовленная, во время которой люди терпели напрасные лишения и неимоверные страдания ещё во время движения по территории Российской Империи. В доказательство Шильдер приводит выдержку из донесения командующего В.П. Орлова в Петербург, в котором тот говорит, что не хватает продовольствия, фуража и денег. Но, во-первых, комплектованием припасов занимался сам Орлов, а, во-вторых, если бы Павел Петрович узнал о нехватках, то немедленно бы (как он всегда Делал) распорядился доставить всё необходимое. Но Император такого распоряжения не отдал, потому его к этому времени уже не было в живых; донесение Орлова помечено 18 марта.

Теперь о «жертвах». Пристрастный, но преданный документу Шильдер привел список потерь за время почти трехнедельного следования казачьих войск по бездорожью, в мороз и в снежные бур.

Комментарии закрыты.